Мария Долинова (cosmogenesis) wrote,
Мария Долинова
cosmogenesis

Дед Николай, дед Фёдор и день Учителя.

Сегодня мне звонили родители и брат. Поздравляли с днем учителя. Я их тоже поздравляла. Это у нас фамильный праздник, как-никак.

А еще 49 лет назад, 5 октября 1962 года, умер мой дед Николай. Папе было тогда 14 лет.

Дед Николай был подводником и умер от лучевой болезни. В последние недели жизни он весил 42 килограмма. За несколько дней до смерти он попросил своего сына хорошо и тщательно начистить пуговицы на кителе. Думаю, это был самый правильный способ утешить: занять чем-то парня, чтобы была какая-то причастность и  чтобы было, о чем подумать. Папа до сих пор помнит эти пуговицы.

Провоевав всю войну на дизельной "Щуке", однажды оставшись единственным выжившим из всего экипажа, полтора года после войны ожидавший демобилизации, дед Николай и потом оставался офицером (хоть и в запасе), регулярно участвовал в каких-то учениях.  В промежутках между учениями руководил леспромхозом, получал высшее образование  и растил детей. Тогда советские атомные лодки только-только начинали строить, и на одной из них где-то на Дальнем Востоке и произошла авария с утечкой из реактора. Деда почти год не выпускали из госпиталей, ставя официальный диагноз - "грипп". Отпустили домой к семье, когда уже было все понятно и безнадежно.

Бабушка Валентина, жена деда Николая,  была очень решительным человеком, и, когда дед умер, решилась получить независимое заключение медиков из НИИ АР (институт атомных реакторов к тому моменту уже существовал в Димитровграде). Специальные медики подтвердили, что это была смерть от лучевой, но официальная причина смерти - грипп - так и осталась в документах, и никакой помощи от государства, естественно, семья не получила. Двое детей, младшей дочери 10 лет.

Это все здорово определило мою жизнь. Папа не может критично относиться к своему отцу, потому что дед остался героем, мифической фигурой и так далее. При этом никому в семье и в голову не могло прийти, что государство поступало неправильно. Никто не осуждал, все все понимали. Но понимали также и то, что свои проблемы надо решать самим. И не надеяться, что однажды ты принесешь справку, где русским по белому будет написано, что у тебя есть права. Я с самого раннего детства привыкла к мысли, что права не дают, их берут. Если нужно. Это как вырасти в семье ронина.

Дед Николай и дед Федор оба были сиротами. Дед Николай вырос в детдоме, а дед Фёдор с 6 лет - подмастерьем у столяра. Всё это не отменишь, не перекроишь и не переоценишь. Я выросла с радиофобией и с полной уверенностью, что хоть мне никто ничего не должен, я все-таки кое-что должна. Это - наследство деда Николая. Вместе с орденом красной звезды и личным дневником, который он вел в конце войны. А от деда Фёдора мне досталось умение часами смотреть  на огонь, работать с деревом и столярными инструментами и ни с кем не советоваться, принимая решения.

Классные они были мужики, оба. Царствие им небесное. Вот такой сегодня День Учителя.
Tags: больно, дневниковое, любимые люди, напоминалки для себя
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment